суббота, 1 марта 2014 г.

ЖЕНЩИНА ПОГУБИТ МИР? ИЛИ СПАСЕТ?

Писатель Юрий Азаров выдвинут группой российских литераторов и критиков на получение Нобелевской премии по литературе. На рассмотрение комиссии Нобелевского комитета представлены романы «Пророки и пророчицы» (2007), «Паразитарий» (2006), «Подозреваемый» (2002), «Групповые люди» (1990) и «Печора» (1987).

Напоминаем, что  в нашем журнале уже обнародованы еще пять публикаций, раскрывающих мир идей и трудов Ю.П. Азарова: «Может ли Россия стать страной патриотов?», «Он знал: разум и звезды неразделимы», «В поисках утраченной гениальности» ,  «Мы живем в бесслезное время» (в подборке «Почему наши детки улетают на небко?») и «Талант на все времена»  .

Борис БИМ-БАД,

доктор  педагогических наук, профессор, академик Российской Академии образования
Юрий Азаров на фоне третьего тысячелетия

«Тени третьего тысячелетия»: так названо предисловие к новому роману-эссе «Пророки и пророчицы» пера профессора Юрия Азарова. В этом предисловии, написанном президентом фонда «Преодоление» В. Степановым, говорится, что  книгам Азарова суждена чрезвычайно долгая жизнь. Их автор - ученый, писатель, художник Юрий Петрович Азаров - мой давнишний сотрудник, соратник, активнейший участник реформаторского движения в современном образовании, и о нем - это краткое слово. Для тех, кому еще не довелось познакомиться с его творчеством.

Юрий Петрович создал удивительное множество широко востребованных педагогических трудов - «Педагогика любви и свободы», «Групповые люди», «Печора», «Дорогу талантам!», «Паразитарий» и других. Одновременно в России и в Китае, в США, Японии и Европе книги Азарова рекомендовались образовательным учреждениям - и высшим, и средним. Вот передо мной заключение главного редактора интернет-журнала «Хит-зона» Игоря Воеводина: «В список литературы, рекомендуемой студентам американских колледжей и вузов, обучающихся по специальностям педагогика, психология, менеджмент, маркетинг, включены научные исследования доктора педагогических наук, профессора Азарова, в Калифорнийском университете две книги этого автора в английском переводе предписаны студентам в качестве обязательных при подготовке эссе».

В крупнейшей библиотеке мира - Библиотеке Конгресса США - представлено свыше двадцати книг Азарова в оригиналах и переводах, в микрофишах и микрофильмах. В каталогах эти книги снабжены электронной информацией.

Министерство образования России дает рекомендации: применить книги Юрия Петровича («Пророки и пророчицы», «Дорогу талантам!», «Тайны педагогического мастерства», «Искусство развития дарований» и др.) к разработке технологий практической работы со студентами, педагогами, учащимися. А вот рекомендованный Минобром России учебник по русской словесности, где дан отрывок из романа «Печора».

Чем же так привлекают читателей труды Азарова? В них талантливо изложена новая духовно-правовая идеология, необходимая и сильному государству, и добротному образованию. Его новаторские идеи легли в основу принципиально новой технологии ускоренного развития дарований, разработанной им вместе с его соратниками. Эти технологии вписаны в систему гражданско-патриотического становления личности. В основе системы Юрия Азарова лежит соединение важнейших ценностей - таланта и гражданственности. Выявленные с помощью его методов дарования людей (разного возраста!) служат и личности, и обществу, и семье, и отечеству.

«Невозможно за пять часов у человека, который никогда прежде не брал в руки кисти, обнаружить и проявить художественный талант, как это утверждает Азаров!», - заявил публицист Александр Щербаков. И направился на семинар к Азарову, чтобы разоблачить «нового Кашпировского». Получилось же не развенчание “профанатора”, а обстоятельная статья - “В поисках утраченной гениальности”.

Сказанное - еще не все то новое, что внес Юрий Петрович в теорию и практику воспитания человека. Он создал метод трансцендентального синтеза наук, культуры и искусств, позволяющий органически соединить возможности философии, психологии, художественной прозы, живописи и драматургии.

Живопись Юрия Азарова, как и его литературные произведения, служит и средством одухотворения педагогической практики, в котором она так нуждается.

Совместно с издательством “Русский мир”, с художниками и литераторами нашей страны Азаров создал альбом “Цвет любви и свободы”, где в полной мере раскрывается его метод синтеза. Его основа - 500 репродукций картин автора и его учеников плюс эссе “Как спасти мир”. Герои романа-эссе Азарова “Нежность”, педагоги средней и высшей школы,  захвачены проблемами преодоления демографического спада, семейного кризиса, развития людских дарований. Им как воздух нужна культура и истинная духовность. Нежность возведена Азаровым в ранг педагогической категории, в которой отражены глубинные невербализуемые, сокровенные чувства: милосердие, сострадание, родственность, мужество, человеколюбие...  В романах и живописи Азарова высокое, духовное соседствует с изображением бездуховности,  криминала, насилия. Как в жизни...

Если бы я участвовал в присуждении нобелевских премий мира и по литературе, то радостно отдал бы голос за Юрия Петровича Азарова. Он заслуживает и большего: любви и признания своего народа.

http://bim-bad.ru/
Юрий Петрович Азаров родился в 1931 году. Его детство прошло в Донбассе, где семью застала война. После окончания Харьковского университета учительствовал на Крайнем Севере, куда в 30-е годы были сосланы его родственники. Был завучем и директором школы, преподавал в вузе. В 1962 году защитил кандидатскую, а в 1973-м — докторскую диссертации. Профессор. Его книги по педагогике «Семейная педагогика», «Педагогика Любви и Свободы», «100 тайн детского развития», «Искусство воспитывать», «Радость учить и учиться» и другие изданы и переведены на многие иностранные языки.
Картины автора экспонировались в Третьяковской галерее, в Кремле, ЦДЛ, ЦДРИ, за рубежом. Многие из них написаны художником по мотивам собственных романов.

Спасение мира и собственных душ – вечная тема. В этом, если хотите, суть христианства и многих других верований.

Природа не поскупилась на разнообразие талантов, отпущенных Юрию Азарову. Он педагог и художник, писатель и философ, знаток природы цвета и звука. Как педагог он не только ученый с мировым именем: в Европе, на Американском континенте, в Японии большое число родителей воспитывают детей «по Азарову», пробуждая в них скрытые таланты. Избранная часть полотен из более чем тысячи созданных им живописных работ объехала с персональной выставкой десятки городов США, Париж, побывала в Третьяковской галерее, в московском Кремле, в Королевском замке Варшавы. Как прозаик он начинал в «Новом мире», том, знаменитом, еще освященном именем Твардовского. Ныне тиражи его романов перевалили за четыре миллиона экземпляров. Педагогические труды Азарова переведены на несколько языков, оценены профессионалами в США, Англии, Индии и других странах.

Созидательная неугомонность этого человека привела его к изобретению до него неведомого, удивительного, не всегда понимаемого одними и потрясающего других… рода деятельности? вида творчества? жанра?.. В общем, того, что под книжным переплетом неразрывно сочетает, синтезирует прозу, научный анализ, публицистику, драматургию и живопись. Каждый может относиться к этому по-своему, но ничего подобного нигде не было и нет. Вот несколько названий таких сочинений: «Подозреваемый», «Основы трансцендентальной педагогики», «Искусство развития дарований», «Жрицы любви»…

Азаров говорит сам о себе так: «Мои романы выросли из отчаяния, мои победы, как и победы моих героев, достигались исключительно ценою поражений». Наверное, это участь всех первопроходцев. И еще: «Вся моя жизнь – бескомпромиссная борьба с авторитаризмом». И это в СССР! И это в России! Надо ли удивляться, что путь такого человека не усеян розами?

Ныне Азаров одержим идеей реидеологизации бытия народов, создания такой духовно-правовой основы жизни, которая охранит нас от всемирных катастроф и всевозможных социальных и духовных кризисов.

Наивный человек, он искренне полагает, что в этом деле смогут и захотят участвовать политики. Вот что, например, написал он в письме к Путину и Бушу:

«Поверьте, многоуважаемые и дорогие главы правительств: вся пошлейшая и гнуснейшая нынешняя культура держится благодаря вам. Попробуйте в течение одного-двух месяцев собирать и говорить с потенциальными нынешними дарованиями во всех отраслях науки, искусства, культуры о необходимости покончить с псевдокультурой и положить начало созданию великих нетленных произведений века – и вы получите неслыханный результат: как из рога изобилия посыпятся гениальные творения нового возрождения, незамедлительно появятся новые Эйнштейны, Циолковские, Хемингуэи, Достоевские и Толстые, Станиславские и Эйзенштейны, Фолкнеры и Набоковы.

Нечего греха таить, все подвластные вам руководители во всех значимых и не значимых сферах жизнедеятельности страны держат нос по ветру, то есть ориентируются на ваше «госсознание», «гостребование» и «госодобрение». Пусть ваши требования будут изложены даже в бескомпромиссной авторитарной форме, они все равно сыграют положительную роль: народы, в том числе и «второстепенные» руководители, устали от пошлости, бездуховности, лжи и невежества».

Когда Азаров узнал о затее с выдвижением его на Нобелевскую премию, он сказал вот что: «Ни я, ни мои друзья не являемся сумасшедшими и не рассчитываем на получение премии, мы лишь уповаем на привлечение общественности мира к повышенному интересу к созданию духовно-правовой идеологии, без торжества которой… мир определенно погибнет!»

Редактора «Обывателя» не боятся прослыть сумасшедшими и определенно рассчитывают на присуждение Юрию Азарову Нобелевской премии. Начиная с этого выпуска, мы будем знакомить наших читателей с разными сторонами его творчества. Ниже мы печатаем фрагмент из его последней работы «Как спасти мир. Несвоевременные мысли о грядущем». И еще напоминаем, что в самом первом выпуске нашего журнала мы напечатали статью Ю.Азарова «Мы живем в бесслезное время» (в подборке «Почему наши детки улетают на небко?»).  


"Женщины и дети спасут мир". Так я назвал цикл своих живописных работ, над которыми работал четверть века. Центральный сюжет: печальные женщины с детьми-девочками среди приговоренной к гибели природы: мертвые животные, птицы, мертвое небо. Вторая группа сюжетов: суицид – «Прощание с жизнью», «Втроем с девятого этажа» и др. Поразительная примета времени: групповой суицид только среди юных созданий, еще не изведавших всех прелестей своего очарования, но постигших суровую правду о надвигающихся катастрофах. Позволю себе привести несколько непристойный факт из мира животных: крысы на тонущем корабле с бешеной скоростью совокупляются. К такому безудержному сладострастно-сексуальному состоянию приближаются женщины всего мира.

Женщина – это не только любовь и красота, материнство и продолжение рода человеческого, это и вечность. Бессмертие, ликующее торжество божественного мироздания, вечная
женственность, как определил жизнеутверждающее состояние женщины философ Владимир Соловьев, есть сила высшей любви, «соединяющей мужское с женским, духовное с телесным, божеское с человеческим». Богочеловеческое  в противовес человекобожию (сущность Антихриста по Достоевскому, Розанову, Бердяеву – см. статьи о Великом Инквизиторе) рождается, в том числе и эротическим пафосом, когда телесность (мужская и женская) оказываются прекрасными в духовном смысле и бессмертными в эсхатологическом плане. И эта богочеловеческая бессмертность не падает с неба, а добывается подвигом, прежде всего, женщины. Этот подвиг философ назвал духовно-физическим и богочеловеческим. В этом сущность утрачиваемой ныне вечной женственности. Но она не утрачена до конца. Она живет подспудно. И дает о себе знать в яростной тоске по совершенству, по богочеловечности.

Итак, два основных пути развития женских начал: богочеловеческий и зверино-подобный, не отрицающий, однако, ни Бога, ни возможности человеческого счастья. Этот второй путь Вл. Соловьев называет «ужасным, недостойным человека, хотя довольно обычный ему. Это путь животных, принимающих Эрос с одной физической его стороны и действующих так, как будто простой факт известного влечения есть уже достаточное основание для неограниченного и неразборчивого его удовлетворения» (Вл. Соловьев. Соч. в двух томах, т.2.– М., 1988 г. стр. 617.).

Этот второй путь - путь разрушения вечной женственности, путь разрушения материнства и великого предназначения женщины оправдывается современными женщинами доводами: «пожить для себя», «полная свобода в выборе наслаждений», «не уступать мужчине ни в чем». «Почему у Пушкина до Натали было 113 женщин, а у Натали – никого?! Почему женщина живет будто в тисках, сдерживая свою природу? Неужто ей суждено жить лишь для того, чтобы преодолевать демографический спад?»
«Да пропадите вы пропадом, - кричит современная женщина, - я хочу дать волю своим эротическим началам. И пусть мужчины, а не мы, станут средством для удовлетворения половых страстей!»

Такого рода установки породили в мире вселенскую похоть,  которая изнутри съедает и мир, и прекрасную женскую душу, доведенную своими страстями до отчаяния, до безумия. Родилась новая болезнь – женская эротомания. Болезнь, испепеляющая внутренний мир женщины, болезнь, способная уничтожить этот ставший на путь абсурда жестокий, хаотичный, утрачивающий богочеловечность мир.

Женщины тогда спасут мир, когда излечатся от своих безумных пагубных страстей, когда материнство и духовно-творческая любовь станут основным смыслом их жизни. В душе женщины, впрочем, как и мужчины, в подсознании живут светлые и темные силы. Сейчас темные силы взяли верх и над разумом, и над интуитивно-дерзновенными страстями женщины. Это болезнь века. Мир может и должен быть спасен, если мы поможем женщине вернуть ее былое богочеловечество, ее здоровье.
Если только 5-7 процентов способностей человека выявляются и сознательно развиваются им, а остальные 90 с лишним процентов уходят в мир иной вместе со смертью человека, эти 95 процентов, склонен я предположить, живут и действуют помимо сознания и воли личности. Они пребывают в постоянном движении микрочастиц ТАУ (трансцендентно-ассоциативное ускорение), имеющих деспотическую власть над человеком, над его страстями и потребностями. Я рассуждал так: если эта власть реальна и столь деспотична, то, согласно законам сублимирования (см. работы Юнга, Фрейда, Вышеславцева), эти властные мощности могут вытеснять темные подсознательные силы и столь же безудержной активностью развивать все светлое, пребывающее в сознании личности: ее духовную любовь к правде и самоотречению, к материнству и к воспитанию детей, к облагораживанию всех ориентаций своих спутников жизни, к богочеловечеству.


Когда Христос два тысячелетия тому назад утверждал, что только любовь способна спасти этот мир, в него бросали каменья, хлестали бичами, всячески измывались, давая понять, что ничего нет в мире сильнее силы кесаря, силы Антихриста. Первых христиан обвиняли в патологической сексуальности. Когда они, идя на тайные вечери, обменивались духовным целованием, это расценивалось как начало оргийного разврата. Любовь, как и дерзновенность, были изъяты из жизни нашего народа в советский период как буржуазные категории (?!). И сегодня духовная любовь третируется. Признается лишь звериная, оргийно-патологическая сексуальная любовь, именуемая в народе похотью.

Обо всем этом я в очередной раз задумался, прочитав роман Дмитрия Щербакова «Нимфоманка». Сначала я хотел подвергнуть его суровой критике, потом же увидел в нем тенденции, которые живут и развиваются во всем мире: культ похоти и пошлости, криминала и кровавых схваток подонков разных мастей.

В основе всех похотей (похоть наживы и корысти, грабежей и насилия), как утверждает Бердяев, лежит похоть сладострастия и половых наслаждений, которые разрушительно действуют на человека и на весь социальный уклад жизни. Н.Федоров, выдающийся отечественный мыслитель, отмечает, что капитализм с его фантазмами создан в значительной мере женолюбием, т. е. половой похотью. Мужчина во имя женолюбия вынуждается к деньголюбию и совершает преступления, порой теряя свой человеческий облик. Похоть пола отравляет подсознание, разрушает и извращает то светлое и перспективное для развития личности, что есть в ней, искажает здоровье человека, подверженного фантасмагорической устремленности. На дне каждого фантазма, особенно  в женских душах, мы находим все то, что связано со смертью, с гибелью и данной личности, и всего ее окружения.

Пусть не покажется читателю странным, но все эти жуткие тенденции я обнаружил в названном романе: они развернуты на конкретных жизненных столкновениях и отдельных лиц (вполне реальных и правдиво изображенных), и различных социальных групп из сферы мафиозных и правоохранительных структур, интеллигенции и простонародья.


И отнюдь не случайными здесь оказались действующими лицами врачи и психоаналитики, работающие в содружестве с бандершами и проститутками, крупными мафиози и бизнесменами. Автор делает довольно успешную попытку объяснить природу соотношения сознания и подсознания, механизм зарождения темных, я бы сказал, звериных иррациональных сил человека.

И куда там по уровню анализа глубин человеческого падения известным писателям Запада или авторам эротических романов, главным образом женских, отечественного производства. Впрочем, обратимся к тексту романа. Прекрасная пара влюбленных – Мила и Север Беловы. Символична их катастрофа: оба лишились памяти  и начинают жить новой жизнью. Сексуальная энергия у Милы, этой юной прекрасной – само совершенство! – красавицы, вытеснила все прочие энергии. Темные подсознательные силы взяли верх над остатками благих порывов. Вожделенно распаленное влагалище оказалось центром ее бытия, ее страстей, ее мучительных недомоганий и устремлений.
Север Белов, современный Робин Гуд отечественного производства, способен уложить десятерых, обладает фантастическим либидо: может несколько суток подряд удовлетворять женщину; безумно любит Милу, даже готов закрыть глаза на безудержную ее тягу к самому грязному разврату. Цитирую: «…Милу не устраивали обычные клиенты. Она хотела самых отпетых, самых крутых, самых злобных, почти садистов. И чтобы несколько сразу.

"Нас пятеро… "- предупредил омоновец. "Ага, я вижу. Таким хорошим мальчикам по разочку дать надо"... "Ох, сладка девка! – подмигнул мент Белову. – Завидую я тебе, парень. Глянь на нее: пятерых мужиков утрахала, а выглядит персик персиком".

Сказать, чтобы муж не удовлетворял ее, так нет. "Тебе было плохо со мной этой  ночью?", - спросил муж - "Что ты, малыш, божественно… только эта ночь не принесла облегчения… Сексуально – да. А психологически… Ты – это совсем другое. Это полет… А мне нужна грязь… Нужно унижение, нужно, чтобы топтали, распинали, мучили… Я схожу с ума без этого…"

Казалось, Мила потеряла сознание. Все эти двое суток муж ее трахал почти без перерыва, практически не давал спать, кормил всего один раз…

- Все эти двое суток ты был восхитителен. И другого такого просто нет… Но мне нужно другое… Я нуждаюсь в настоящем реальном унижении, в реальных издевательствах, реальном презрении… Тогда и только тогда моя сексуальная жажда утоляется полноценно…».

Итак, мы обозначили первую тенденцию: развитие вселенской похоти в реальном и фантасмагорическом мире современной женщины. Подчеркну: здесь нет никакого противоречия: существующий мир и реален и фантасмогоричен, поскольку большинство глобальных явлений (личностных и социальных) необъяснимы. Они возникают и развиваются будто бы независимо от воли людей, от политики, от государств. Ну, кто специально планирует голод и нищету, снижение рождаемости, СПИД и массовое вымирание народов в разных странах? Кто планирует рост проституции и беспризорности, коррупции и утрату привлекательности семейного образа жизни, утрату того, что когда-то именовалось вечной женственностью, высокой духовностью, демократией и преданностью высоким человеческим идеалам? При всей ирреальности герои романа «Нимфоманка» несут в себе то, что глубоко осело в людских душах с их жаждой похоти, извращенной любви к единственному, с их точки зрения, праведному идолу – деньгам. И лексикон автора – помесь красоты и бандитского сленга - не случаен: «блядь», «блядище», «блядство», трахаться, трахаться, трахаться – все это на каждой странице. И тут же: «Она выглядела так обворожительно, что дух захватывало». «Она была восхитительна. Хрупкая. Почти прозрачная. Ее хотелось прижать к сердцу, заслонить собой, укрыть от всего мира». «Своим танцем она словно символизировала судьбу.


Женщины в мире чистогана, насилия и подлости. Беззащитную судьбу слабого, нежного существа, отданного власти денег, похоти, нечистых потных рук». И вот последние строчки романа: «Она волшебно красива… Шофер, лощеный атлет лет двадцати пяти, открыл дверцу машины. Двое его спутников – плечистые гориллоподобные парни – жадно оскалились, оценивая возможную пассажирку. Девчонка зовуще затравленно улыбнулась и решительно шагнула к машине». А где-то в больнице умирал, раненный, ее возлюбленный.

Я читал с каким-то омерзением. Хотелось швырнуть книжку куда-нибудь подальше. И все же что-то держало. Я думал и не мог понять, чем притягателен роман. Чем он держит меня? Я много лет занимался преступным миром, ездил по колониям, проводил там семинары с заключенными, даже роман написал «Групповые люди», опубликованный  огромным тиражом. И все-таки не уголовщина притягивала меня. Как это ни странно, читая роман, я пытался разобраться в самом себе. Я задавал себе те вопросы, к которым фактически были подведены герои щербаковского романа: «Кто я в этом мире?», «Правдив ли я перед самим собой?»Во мне, как и у героев романа, живет, наверное, жажда похоти, если она так широко понимается философами?

Я чисто теоретически знал, что истинное мое «Я» пребывает в сфере подсознательного. Но в нем я никогда не стремился разобраться. Я копался в известных мне фактах моей жизни, зафиксированных сознанием. Это была довольная скользкая бухгалтерия эпизодов проявления отвратительного самолюбия, лжи, немыслимых амбиций и хвастовства перед самим собой. Меня поражали откровенные признания героини романа: «Хочу в грязь! Хочу быть растоптанной. Смерти, наконец, хочу!»

Эти откровения были чистой искренностью. На такую искренность я не был способен, а следовательно, жил по лжи. Может быть, эта обнаженность откровений и зацепила меня?

Своим вроде бы правдоискательством героиня романа даже не ищет правды, она живет в ней. Возможно, это и захватило меня. Ни один мужчина в романе не оказался способным на такие откровения. Это тоже тенденция, примета времени: полнейшая закрытость, закупоренность своего «Я» у мужчин. Закупоренность, впрочем, не по своей воле: по вине подсознания. Мужчина в меньшей мере, чем женщина, властен над своими иррациональными силами. Может быть, поэтому женское начало Бердяев называет космичным. Потенциальное материнство женщины напрямую из космоса черпает только ей ведомую тайну, которую, впрочем, она тоже не осознает: одно приближение к этой тревожной космической правде женщину ставит на край бездны, которой она страшится больше смерти. А возможно, сознавая свою космичность, так мучается современная женщина, которая, подобно щербаковской Милочке, не находит себе места в нашем ублюдочном социуме.

Ну, а мужчины? Какова их роль в этом перевернутом мире насилия, похоти и жестокости? И здесь автор подметил типичное сегодняшнее явление, главный герой выражает истинные тенденции развития современного представителя в прошлом сильного пола. При всех своих достоинствах (умен, красив, отважен, богатырски крепок) он обречен: его сила бессильна, его благородство преступно, он носитель смерти, а не жизни. Он олицетворяет, как и все поколение нынешних мужчин, не будь в обиду им сказано, тревожную гибель мира. Я сначала думал: что за чушь! Любящий до безумия мужик, души не чающий в своей жене, добровольно отдает на поругание отпетым бандитам свою ненаглядную Милочку: «Берите. Она всем дает…» И наблюдает, с какой сладострастностью его фея дарит свою любовь гнусным подонкам.


А вот еще сцена. Навстречу нашим героям идут четыре гопника с топорами, монтировками, ножами. Наш Робин Гуд может запросто их уложить, что он и сделает несколько позже. Муж видит вдруг примутненный взгляд своей красавицы: «Хочу им дать! Очень хочу!» И муж предлагает: «Делайте с нею все, что вам вздумается». После того как бандиты справили свою нужду, они решили еще и поиздеваться над Милочкой, и вот тогда Белов озверел. Разрывной пулей он отстрелил кисть руки тому, кто угрожал Миле ножом, а затем всех заставил друг друга «обоссать», как выразился автор. Милу сотрясала истерика. Это побоище несколько умерило сексуальную жажду женщины. Но только на время. Чтобы удовлетворить похоть своей жены, Белов открывает бордель, где в групповых сеансах будет задействована его возлюбленная…

Снова обращаюсь к великим мыслителям, написавшим немало страниц о сексопатологии, о власти подсознательных начал над человеком (Фрейд, Юнг, Бердяев и многие другие). Бердяев, в частности, отмечает: «На дне всякого фантазма всегда смерть, всегда растление душ. Это растление заразительно. Оно наркотично. И его зависимости обладают дьявольской силой. Похоть по природе своей не знает утоления и удовлетворения, никакая похоть: ни похоть полового наслаждения, ни похоть наживы и корысти, ни похоть славы и власти, ни похоть преступлений, ни более низменная похоть обжорства».

Мила видит, как ее Робин Гуд становится жестоким и беспощадным убийцей. Вот он стреляет разрывной пулей сначала в одну ступню, потом в другую, потом в кисть руки того, кто ему только что предложил работу, правда, «работу убийцы», затем убивает пятнадцать охранников, а затем грустный финал – ступор, реактивный психоз, аутизм… смерть…

Итак, вторую тенденцию я бы обозначил так: патологическое бессилие даже самого сильного мужчины. Мужчина перестал быть хозяином положения в семье, во взаимоотношениях с женщиной, с детьми, с родственниками и знакомыми жены. Академик В.А. Разумный назвал сегодняшнего мужчину экономическим импотентом. Но дело даже не в том, что он перестал быть основным добытчиком в семье. Он лишился своего мнения, своих «мужских» (главенствующих) убеждений, своего лидерства. Женщина, завоевав власть в семейных отношениях, поставила мужчину на то место, на котором она сама веками пребывала, выполняя самые различные домашние обязанности: стирка, уборка квартиры, приготовление пищи, хождение по магазинам, рынкам с целью обеспечения продуктами. Знаю немало семей, где неработающий мужчина полностью выполняет женские функции, а женщина трудится на нескольких работах и, когда ей нужно, удовлетворяет на стороне свои сексуальные потребности.


Изучая особо проблемы взаимоотношений мужчины и женщины в нашей стране, я никогда не мог понять такую мысль отечественных мыслителей: женщина космична, а мужчина – личностно-антропологичен. Подсознательно накапливаемая энергия пола выливается часто в противоборстве мужчины и женщины, где женщина, как правило, одерживает верх. Имеет место и жестокая борьба за преобладание власти над детьми, где опять же женщина побеждает. Мужчина часто оказывается вытесненным из интимных семейных отношений. Материнство, а не отечество становится мощной регулирующей силой в семье.

В прошлые времена, скажем, в 19-м и 20-м веках, развивалась такая точка зрения: мужское начало – по преимуществу творящее, а женское – рождающее. Женщина призвана вдохновлять мужчину к творчеству. Материнское начало, однако, не только в рождении детей, но и в заботе о семье, в попечении, охранении, без чего мир бы погиб. А сегодня все меняется местами. Эмансипированные дамы хотят заниматься творчеством, хотят жить для себя, порой безудержно удовлетворяя свои эротические потребности. Мужчины, неизвестно по каким причинам, оказались бессильными бороться с женщинами.

Правда, и в прошлые времена женщина стремилась к лидерству, к творчеству, нередко во многом опережая сильный пол. И тот же Бердяев писал: «Женская энергия может сублимироваться, и из рождающей силы превращаться в творческую».


Хотел этого или не хотел писатель Дмитрий Щербаков, а он в образе Милы Беловой обозначил два тенденциозных момента: первый – не муж, а жена задает параметры развития в своей деградирующей семье, в своих ужасных отношениях с мужем. Шутка ли, красавица-жена ставит мужа в такое положение, чтобы именно он подыскивал для нее группы сильных и «отпетых» крутых партнеров. При этом она отнюдь не возражает, чтобы ее Робин Гуд присутствовал при ее сексуальных оргиях. В этом патологическом и, конечно же, абсолютно неправдоподобном варианте отражается современная тенденция победы женской вседозволенности и крайней распущенности, якобы мотивированной нимфоманией, над патологической слабостью современного мужчины. В этом омерзительном противоборстве мужских и женских начал обозначен, на наш взгляд, не только семейный и демографический кризисы, но выражена современная катастрофа мира.

И еще одно важнейшее, на наш взгляд, замечание. Если в романах западных беллетристов, тех же Чака Паланика и Бегбедера, лидируют мужчины – женщинам отводится второстепенная роль, - то в этом произведении, несмотря на силу и мощь мужчин, лидируют женщины: они мудры и предприимчивы, они влияют на выбор мужских решений, указывают пути и тропы движения к возможным победам.

Какой вывод можно сделать, исходя из обозначенных тенденций? Спасение мира, преодоление демографического спада и развивающихся семейных кризисов, губительно сказывающихся на становлении детей, во многом зависит от того, сможет ли общество в содружестве с государством и церковью спасти женщину: вывести ее из того смертельно опасного тупика, в котором она пребывает. Это духовно-творческая проблема, и ее может решить лишь сама женщина, воскресив в себе могучий потенциал вечной женственности. В этой вечной женственности, олицетворяющей богочеловечность, заложена неукротимая сила всепобеждающего духа, красота самоотречения и подвижничества, щедрости души и отваги. Как в Отечественную войну женщина своим самоотверженным трудом спасла Отечество, так и сегодня (пробудись лишь у нее желание!) она может спасти всех нас и себя в первую очередь. А вот что самое главное: как пробудить в современной женщине неукротимую жажду подвижничества, жажду того благородного лидерства, которое дает новый творческий импульс, новые дерзновенные силы мужчинам, детям, подрастающему поколению? И рецепт здесь предельно прост: женщине в первую очередь нужна духовная жизнь, соединенная с признанием ее лидерства, подвижничества и мессианской роли в этой жизни.


Что для этого требуется? Нужна духовная пища. Небывалая. Смелая. Щедрая. Женщина кинулась нынче во все тяжкие, потому что обрела волю, истинную эмансипацию. Нужны фильмы, работа всех СМИ, конференции с такими проблемами: «Мир современной женщины», «Смысл женского счастья», «Духовный потенциал женщины – в чем он?», чтобы переключить женскую вседозволенность  в великое русло духовно-социальных преобразований. А еще поставить на публичные форумы обсуждение таких проблем: «Может ли женщина повлиять на обогащение духовного мира мужчины?», «Как относится женщина к тому, что сильный пол становится слабым полом?», «Может ли женщина сделать мужчину сильным?», «Угрожает ли человечеству матриархат?»…                                                                    

Комментариев нет :

Отправить комментарий