воскресенье, 27 апреля 2014 г.

РОДЫ БЕЗ БЕРЕМЕННОСТИ

Это ж надо! Смотрел по телевизору футбол нашей сборной – и опять забыл про каверзу: там же играют гимн! Пока добрался до пультика и нащупал нужную кнопку, в уши уже набежало безбожно тягостное и постылое: «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки…» Ясное дело, настроение уже подпортилось… И ведь не впервые.

А помянул я эту докуку нашей жизни не случайно. Календарь напомнил: ровно десять лет назад  Президент РФ В. Путин подписал конституционные законы о гербе, флаге и гимне России. Новым российским гимном стал старый советский… Ныне, выступая перед Думой, Путин не без гордости сказал тамошним коммунистам: «Давайте не будем забывать — я вернул гимн Советского Союза…»

В связи со всем этим мы предлагаем вам статью прекрасного журналиста, моего давнего знакомого Кима Смирнова. Я десять лет тому назад работал в «Литературной газете», и он принес ее мне. Она была там напечатана, и спустя десятилетие нисколько не устарела.

Нет, не очень-то правильная мысль, что время нельзя повернуть назад. Ну, посмотрите вокруг себя…

А.Щербаков

СИНДРОМ ХРЮШКИ

На каком-то съезде КПСС генсек Хрущев сказал: “Если вас с утра до вечера называть свиньей, то через день вы начнете хрюкать”. Вспомнил я это, когда россияне начали усердно хвалить ныне возвращенный нам Гимн СССР (Гимн ВКП(б) по первоначальному предназначению). Судя по высказываниям “звезд” разного рода и разной величины, полюбили музыку Александрова, оказывается, в основном на почве того, что в течение полувека вечером засыпали с этим гимном, а утром просыпались с ним же. Выходит, если бы граждане слушали эту музыку редко, скажем, раз в месяц, то никакой любви не было бы к ней и она оказалась бы плохой. Значит, Сталин, заставляя советских людей слушать Александрова днем и ночью, заразил их необратимым синдромом. А еще говорят, будто не бывает политической музыки. Да если бы кто-то посмел не встать при исполнении Гимна СССР во времена Сталина, его бы немедленно застрелили. Прямо в сидячем положении.

Лукман ЗАКИРОВ, Казань

ПРИДЕТ ВРЕМЯ...

Думаю, мудро поступили избравшие в свое время гимном России музыку Глинки без слов. Еще не пришло время для рождения слов гимна новой России. Страна на переправе, в это время поют частушки, а главную песню сочиняют уже на берегу.

Многое предстоит перечувствовать и передумать всем россиянам независимо от рангов и... места жительства. А под гениальную музыку и чувствуешь себя лучше, и ясно, честно и плодотворно думается. Придет время, Россия обустроится, станет страной благополучного, счастливого народа. И явится поэт, который найдет в сердце своем и народа самые нужные слова к гениальной музыке Глинки. Такой гимн не только в официальном порядке будет исполняться, его люди будут петь сердцем и крепнуть духом.

Д. ЦЫРЛИН, Лос-Анджелес

«ЛГ», 17.1.2001
Ким СМИРНОВ

РОДЫ БЕЗ БЕРЕМЕННОСТИ

 Обязательно ли гимну быть немного туповатым?



Внезапной реанимацией Гимна Советского Союза власть расколола общество, по крайней мере, ту его часть, что по традиции именуется интеллигенцией, на два неравных лагеря. Недоуменно разводящие руками по поводу того, кому и для чего это понадобилось, видимо, не обратили внимания на одинаковые публичные заявления нескольких известных политиков: мол, пройдет время, вымрут оставшиеся жертвы сталинских зверств, противники коммунистического террора, их дети – и новые поколения единодушно воспримут это выдающееся произведение российского гения...

Далеко глядят. И снова делают ставку в осуществлении своих неведомых нам целей на историческое беспамятство населения. Страна это уже проходила. Предел созидательных возможностей манкуртов известен, и вряд ли иным их хозяевам удастся достичь даже того, что смогли большевики. Но... попробовать так заманчиво! Гимн партии большевиков как музыкальный символ обновляющейся (уходящей от большевизма) России и есть первая проверка на амнезию у народа. Проглотят? Не поперхнутся? Да нет же! Поглядите – они счастливы! Анализ положительный: амнезия имеет место! Однако есть и иные мнения. Вот одно из них – со страной сыграли в лохо... простите, в гимнотрон. Ее обвели вокруг пальца, явив миру чудо: роды без беременности. Как это удалось? Читайте помещенную ниже статью.



Игра разворачивалась в основном по двум сценариям. Первый: массовое, всенародное гимнотворчество с нулем на выходе. Второй: привычное для нас начальственное проталкивание единственного варианта. Был ли возможен третий сценарий? Да. Это перемещение из зоны политических противостояний и лохотронных технологий в область национальных первоистоков. Сейчас, когда отбушевали страсти, не грех вспомнить, что у исторического первоначала гимна пребывала не высокая мода, а высокая культура.



ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ. ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ

Откройте первый том Полного собрания сочинений Пушкина. Там обнаружите “Молитву русских”, датированную 1816 годом и начинающуюся словами: “Боже! царя храни!”

Что же получается? Жуковский позаимствовал слова гимна у Пушкина? Как раз наоборот. К пятой годовщине Царскосельского Лицея его директор Энгельгардт попросил воспитанника Александра Пушкина сочинить стихи для публичного исполнения. И Пушкин, позаимствовав первую строфу у Жуковского, приписал к ней две свои. У будущего гимна был потом совсем иной текст. Но слова “Боже, царя храни” остались. На музыку они легли лишь 17 лет спустя.

С нашим первым гимном связаны не только имена Жуковского и – косвенным образом – Пушкина, но и имя другого замечательного представителя отечественной культуры. Автор музыки Алексей Федорович Львов был одним из первых выпускников Института путей сообщения в Петербурге, колыбели русской инженерной школы. А с 1837 по 1861 год – и директором Придворной певческой капеллы, которую до того возглавлял его отец. Создатель нескольких опер, известный скрипач. Руководимый им струнный квартет числился в ряду самых лучших в Европе.

Из досье. “Я сидел в “колонной” комнате и считал квадраты на паркете шашкою из дуба и черного дерева... А бабушка рассказывала, что вот у этой двери, когда она была девочкой, стоял и водил смычком по своему Маджини знаменитый Львов, автор “Боже, царя храни”; и его скрипка звучала как оркестр. Он был адъютантом моего прадеда Бенкендорфа и сколько хороший музыкант, столь хороший инженер. Есть в Фалле через реку Львовский мост: один пролет покоится на железных стержнях, которые концами уходят в берега; легкость удивительная. Николай I, когда увидел этот мост, сказал: “Львов через реку перекинул свой смычок”.

(Князь Сергей Волконский. “Мои воспоминания”)

Переиначив эти слова, можно сказать и так: своей музыкой Львов перекинул мост через десятилетия в ХХ век. Действительно, в прошлое столетие Россия вошла с его музыкой. Это был самый “долгоиграющий” гимн страны, проживший 74 года. Следующий музыкальный символ России, “Марсельеза”, не пробыл в этом качестве и года – между февралем и октябрем семнадцатого. Впрочем, “параллельно” Временное правительство заказало музыку нового гимна композитору Глазунову, и он ее написал.

26 лет, с октября 1917-го по декабрь 1943 года, страна жила с “Интернационалом”. С 1 января 1944 года почти 48 лет Гимном Советского Союза были стихи Г. Эль-Регистана и С. Михалкова и музыка А. Александрова, ранее исполнявшаяся как Гимн партии большевиков. Кто знает, может, среди 160 музыкальных и 65 поэтических вариантов, рассматривавшихся в конкурсе 1943 года, были и шедевры. Но тогда все решал личный выбор Сталина.

31 августа 1991 года Краснознаменный армейский ансамбль имени Александрова пел на ступенях Белого дома “Патриотическую песню” Глинки. Тогда у нее уже (или еще?) были слова. Потом она стала Гимном РФ. Но – без слов.



MORALITE

Я другой такой страны не знаю, где государственная символика была бы так зациклена на смене “вождей”. Но в этой чехарде просматривается и некая неизменная, постоянная, инвариантная величина. Тот “смычок Львова”, который перекинут от времени живого Пушкина к исходу нашего века, когда Россия отмечала уже 200-летие со дня рождения своего Поэта.

Придворная певческая капелла с историей российских государственных гимнов имеет почти мистическую связь. Она впервые исполнила первый из них. Она же летом 1917 года впервые озвучила и гимн на музыку Глазунова. И она, наконец, – теперь это Санкт-Петербургская капелла – летом 2000 года впервые исполнила под управлением Владислава Чернушенко музыку и слова, которые, по мнению ряда выдающихся мастеров культуры, были достойны того, чтобы с ними Россия вошла в XXI век в качестве Гимна. Но об этом – позже.



ИСТОРИЯ ВТОРАЯ. НЕСЕРЬЕЗНАЯ

На наших глазах в России разразилась эпидемия гимномании. Гимны зачинали, размножали, клонировали. Гимны, гимны, гимны... Шесть тысяч гимнов! Медики вычерчивали кривые максимумов и спадов литературно-патриотической активности убывающего населения. Максимумы приходились на весну и осень.

Из досье. “Сейчас в министерских папках более шести тысяч текстов, и чиновник, их подшивающий, говорит, что по весне число гимнов резко возрастет. Впрочем, много писем приходит и в осенний период. Так уж выходит, что на конвертах часто встречаются адреса психиатрических больниц и диспансеров, пациенты которых занимаются сочинительством”.

(“Московские новости”, 21–28 февраля 1999 г.)

Гимнотворчеством охвачены были все слои и этажи населения – от Аллы Пугачевой до футболистов “Спартака”.

С футболистами дело ясное: мучительно больно смотреть, как здоровенные закордонные детины, положа руку на сердце, закатив глаза, мужественными голосами хрипят свой гимн, а ты стоишь напротив и под музыку гениального Глинки – ни бе ни ме. Вот и попросили спортсмены одного из тренеров сочинить свой, спартаковский Гимн России. Было это в 1993 году.

Из досье. “Слова Покровского исполняли всей командой, хотя далеко не все футболисты могли справиться со сложной мелодией Глинки. А на одном из приемов в администрации президента Федор Черенков, бывший тогда вторым тренером команды, даже спел новый вариант гимна дуэтом с Пал Палычем Бородиным...

Новое продолжение история получила, когда Владимир Путин обмолвился... о том, что неплохо было бы вернуть гимн Александрова, только вот слова написать новые. Тут уже новое поколение спартаковцев обратилось к Покровскому – и к следующей тренировке замена “Союзу нерушимому” была готова... Текст передали в администрацию президента. В графе “Автор текста” обозначено: “Футболисты Московского “Спартака”.

(“Известия”. 5 июля 2000 г.).

Спартаковский гимн в исполнении Пал Палыча судить не берусь. Не слышал. А вот у Аллы Борисовны музыка очень неплохая. Даже жалко, что до финиша этого марафона добежал только один вариант, под который кое-кто из неодиссидентов собирается сидеть или даже лежать, как король на именинах. Посему есть предложение: создать национальную гимнотеку так, чтобы любой несогласный с официальной версией мог надеть наушники и выбрать ту музыку, которая ему по душе. А слова...

Киселевские “Итоги” высказали оригинальное соображение: “Ждать от текста именно хорошей поэзии по меньшей мере наивно. Гимн и должен быть немного туповат, зато содержать правильные слова и призывы”. Ну совсем как в рекламе о “правильном” пиве!

Насчет туповатости как обязательного свойства гимна “Итоги”, пожалуй, загнули. Но все равно НТВ оказалось самым прозорливым в замечании Виктора Шендеровича: мол, в случае возвращения к Гимну Советского Союза автора текста особо и искать-то не надо.

Родина приказала – и через несколько дней со всех телеэкранов зачитывали строки, которые якобы или на самом деле сочинил С. Михалков:

Могучие крылья расправив, над нами
Российский орел совершает полет.

И зря все тот же въедливый Шендерович убеждает нас, будто орлы полетов не совершают, а просто летают. В доказательство он приводит “Египетские ночи” Пушкина:

Зачем от гор и мимо башен
Летит орел, тяжел и страшен,
На чахлый пень?..

Подобные двусмысленные экскурсы в отечественную классику далеко заведут! Дальше ведь на ум непременно придет:

Победоносцев над Россией
Простер орлиные крыла.

Прошу прощения, в первоисточнике – “совиные”. Но вернемся к нашим нагруженным великим смыслом орлам. Они-то как раз совершают полет. Причем почти дословно совпадающий с михалковским:

От края до края, по горным вершинам,
Где вольный орел совершает полет,
О Сталине мудром, родном и любимом,
Прекрасную песню слагает народ.

Это “Кантата о Сталине”. Музыка А. Александрова. Слова не С. Михалкова – М. Инюшкина.

В гимне, исполненном в ночь на 1 января, никакие орлы никаких полетов не совершают. Но зато теперь поэтесса Е. Небылова угрожает Сергею Владимировичу судебным иском: тот, утверждает она, позаимствовал первую строчку ее конкурсного текста. Так что у гимна, возможно, появится второй автор. Если не захочет кто-нибудь стать третьим. И четвертым. Не о гениальных же словах речь. Такие могли прийти одновременно в очень многие головы.



MORALITE

Смешно все это. Конечно, смеясь, мы расстаемся со своим прошлым. Однако мы народ крайностей и если не извлечем уроков из прошлого, то однажды, отсмеявшись, очнувшись, поймем: смеясь, мы расстались и со своим будущим.



ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ. СЕРЬЕЗНАЯ

Теперь, когда корабль старого нового гимна отправился в плавание, под его килем остаются три плохо учтенных государственными лоциями подводных камня:

1. Хотя в опросах с большим отрывом лидировал Гимн Советского Союза (далее цитирую письмо Б. Владимирова в “Известия”), “музыка главной песни страны почти 50 лет красотой мелодии и совершенством гармонии воспевала тирана и развязанный им кровавый террор, оказавшись... художественной санкцией искусства на безжалостное истребление народа своей страны”. Те же мысли были повторены в письме президенту РФ, подписанном 34 представителями культурной элиты. У них немало сторонников, убежденных в том, что легализованная музыка советского гимна – знак начала возврата России в большевистское прошлое.

2. Гимн – и это тоже распространенная в обществе позиция – далеко не первоочередной вопрос. С ним можно было и подождать, пока горят в огне войны окраина России и Останкинская телебашня в ее сердце, пока взрываются ее атомные субмарины и жилые дома по всей стране, пока не остановлен беспредел коррупции и криминала.

Включаю телевизор – и вижу Александра Солженицына, высказывающегося в том же духе: весь этот вопрос о государственной символике поднят крайне неуместно, и надо было бы отложить его лет на 25.

3. И, наконец, важна еще одна точка зрения, высказанная президентом Чувашской Республики Н. Федоровым: “Молитва русского народа” – этого мало. “Прощание славянки” – этого мало. Надо чувствовать многонациональную Россию. Надо чувствовать 20-миллионное мусульманство. Надо чувствовать многое другое. Поэтому составление гимна – супертяжелое и очень ответственное дело. Абсолютно интернациональное. Обязательно интернациональное!”

Один мудрый философ заметил: если бы математические аксиомы задевали человеческие интересы, они обязательно оспаривались бы противоборствующими сторонами. С государственным гимном мы попали именно в такую ситуацию. Конечно, не музыка “Боже, царя храни”, “Славься”, “Патриотической песни”, “Прощания славянки”, “Песни о Родине”, “Священной войны”, Гимна Советского Союза сплачивает или раскалывает общество. Однако уже расколотое общество берет на вооружение ту или иную из этих песен (музыка каждой из которой хороша сама по себе), отвергая с порога остальные и являя миру ту самую дремучую нетерпимость, против которой мы все якобы так горячо ратуем.

Вот почему я в принципе был согласен с теми, кто полагает: нынче, когда жизнь России разворочена и политически наэлектризована, не время было инициировать, ускорять вопрос о государственной символике.

Но нынешним летом произошло событие, которое на 180 градусов развернуло мои представления о том, что сейчас невозможен вариант гимна, который устроил бы всех. Оказывается, есть такая музыка и такие слова. Недавно они извлечены на свет божий из личных архивов и 15 июня 2000 года обнародованы в газете “Труд”.

В свое время песня эта участвовала в закрытом конкурсе на новый государственный гимн, но была отвергнута. Она была, говоря современным языком, совершенно деполитизирована. И это по тем временам был решающий “недостаток”. Сегодня же она сняла бы многие вопросы, возникавшие при нынешнем “гимновом” скрещении копий. В ней начисто отсутствует партийно-политическая поляризация. И даже есть ответ на непростой вопрос, поставленный Н. Федоровым:

Да будет песнь побед народных,
Как слава Родины, в веках
Жива на всех твоих свободных
Больших и малых языках.

Стихи Александра Твардовского. Музыка Георгия Свиридова.

Из досье. “Это настоящая русская музыка и настоящие русские стихи. В них все просто и глубоко впечатляет. Никаких лозунгов, никакого ложного пафоса, а есть высокая торжественность, трогающая до глубины души. Это – качество настоящего гимна. Ведь произведение Львова “Боже, царя храни” тоже не отличается мелодической вычурностью, пышной гармонизацией. А вот “Патриотическая песня” Глинки слишком сложна. Это не значит, что Глинка хуже Львова, просто тот более точно попал в жанр.

Или возьмем песню Александрова, ставшую Гимном Советского Союза. Она, бесспорно, хороша, но во всех ее ритмических тонкостях – где восьмушка, а где восьмушка с точкой – простые люди никогда не могли разобраться. А в свиридовском гимне все очень просто, все легко поется...”

(Владимир Минин, народный артист СССР, художественный руководитель и главный дирижер Государственного академического камерного хора Российской Федерации, “Труд”, 15 июня 2000 г.)

Это было сказано после первого исполнения варианта Гимна России Свиридова–Твардовского Санкт-Петербургской певческой капеллой, той самой, которая когда-то, более полутора столетия назад, впервые исполнила и первый гимн нашей страны. И если бы случилось так, что в XXI век мы вошли бы с музыкой великого композитора и стихами великого поэта России, замкнулся бы логический круг этой истории. Не случилось...

Замечу: Твардовский написал несколько вариантов гимна. Один из них, более политизированный, вряд ли соответствующий нынешней российской действительности, приведен в прессе в последние дни 2000 года, когда судьба нового текста была уже предрешена. Оценка В. Минина относится к иным словам, тем, что исполнены Капеллой и опубликованы в “Труде”.



MORALITE

Именно такие слова и такая музыка способны были если не объединить, то призвать к здравому смыслу объединения нас, слепнущих от искр, которые летят от сталкивающихся лбов непримиримых политиков, от стёба и блатняка нынешних пиар-кампаний. Простые слова, но они в контексте “Василия Теркина”, “Я убит подо Ржевом”, “За далью–даль”. И музыка Свиридова – в контексте “Пушкинского венка”, ставших классикой “Метели” и “Время, вперед!”. Слова и музыка – в контексте великой культуры, уходящей в века и идущей из глубины веков, от “Слова о полку Игореве” и старинных духовных песнопений к Пушкину, Глинке, Мусоргскому. Только из таких корней, из корней культуры, и может родиться национальная песня № 1, которую примет вся Россия, весь ее многострадальный народ.

Любопытный эпизод: когда Марию Арбатову спросили, почему она за музыку Гимна Советского Союза, она ответила, что выбирать-то, собственно говоря, не из чего. Мол, хорошо бы, чтобы была совсем новая музыка. Но великих, способных ее написать, не осталось. Был последний из могикан, последний классик – Свиридов. Но он умер. Популярная писательница не ведала, что Свиридов успел оставить нам свой Гимн России. Ну а все остальные?

Трудно в это поверить, но получается, что об этом варианте не знали ни подписавшие письмо тридцати четырех Владимир Васильев, Андрей Петров, Геннадий Рождественский, Майя Плисецкая, Родион Щедрин; ни ведущие “Гласа народа” на НТВ Светлана Сорокина и “Национального интереса–2000” на ТВЦ Дмитрий Киселев, ни организаторы интерактивного опроса в “Алле, народ!” на ТВ-6; ни президент России, ни его Госсовет, ни депутаты Госдумы. Все они ничтоже сумняшеся прошли мимо двух великих имен отечественной культуры.

А ведь об этом варианте упоминала “Литературная газета”, информация о нем пару раз промелькнула на экране. Но “раскручивать” его никто не стал.

Почему же заговор молчания возник как раз вокруг тех слов и музыки, которые, бесспорно, могли претендовать не только на победу в любом творческом конкурсе, но и на право стать символом национального согласия? Не потому ли, что тем, кто нагнетал социальное напряжение вокруг ситуации с Гимном, просто не нужно было согласие? А поскольку этот миротворческий вариант невозможно обвинить ни в профессиональной слабости, ни в причастности к тоталитаризму, с одной стороны, ни к “демократическому” развалу, с другой, его просто увели в информационную тень.

В данном случае я даже не могу процитировать классическое: “Хотели, как лучше...”. Ибо, если бы хотели, можно было – ну хотя бы ради музыкально-поэтического просвещения народа, его правителей да и культурного бомонда – провести в удобное для просмотра и прослушивания время не привычный ныне хит-парад, а парад 15–20 самых интересных вариантов гимна в записи лучших хоровых коллективов. И только после этого устраивать социологические и интерактивные опросы, заседания Госсовета и Думы и прочее.

А что не поспели бы с гимном к началу нового тысячелетия, так Бог с ним, с тысячелетием. Все равно никому из нас не дожить до его конца. Но что получается из нашего желания свершить что-либо этакое непременно под Дату, мы с вами хорошо знаем. Так что лучше было бы прислушаться к совету, донесенному к нам из глубин истории, начертанному на одной из древнерусских берестяных грамот, что были раскопаны в Господине Великом Новгороде: суди, но сначала выслушай.

Мне могут возразить: президент РФ выслушал всех. Может быть, и всех. Кроме Георгия Свиридова и Александра Твардовского.
26 декабря 2010 г.

Комментариев нет :

Отправить комментарий